– Очень необычное положение об управлении по доверенности, – ничего не выражающим тоном заметил Мейсон.

– Мой отец был необычным человеком, а я вела довольно бурный образ жизни, – ответила Фрэн.

– Так в чем у вас проблемы? – спросил Мейсон.

– Я хочу выйти замуж, – сообщила она и в первый раз за весь разговор отвела глаза.

– Вы говорили об этом с дядей?

– Нет.

– А он знает, что вы хотите выйти замуж?

– Не думаю.

– Почему бы не подождать, пока вам не исполнится двадцать пять лет?

– Нет, – твердо заявила она. – Я хочу это сделать сейчас.

– Если я правильно понял изложенное вами содержание завещания, то все оставлено на усмотрение вашего дяди, не так ли?

– Да.

– Тогда, возможно, при сложившихся обстоятельствах нужно выяснить его мнение по поводу вашего замужества.

– Нет! – резким тоном воскликнула она.

– У вас плохие отношения? – спросил адвокат.

– Нет.

– Вы часто с ним видитесь?

– Каждый день.

– Вы обсуждаете с ним завещание?

– Никогда.

– Значит, вы встречаетесь с ним, чтобы обговорить какие-то другие дела?

– Нет. Я живу с ним в одном доме.

– Понятно, – спокойным, бесстрастным голосом сказал Перри Мейсон. – Вашему дяде доверено управление огромным капиталом, причем распоряжение этими деньгами оставлено на его полное усмотрение, что весьма необычно. Насколько я понимаю, на него возложены определенные обязательства?

– О, конечно. Но здесь можно не беспокоиться. С траст-фондом все в порядке. Мой дядя очень дотошен и осторожен, даже слишком дотошен и осторожен. Он методично делает все, за что бы ни брался.

– У него есть свои деньги? – решил выяснить адвокат.

– Полно.

– Так что же вы от меня хотите? – в голосе адвоката послышалось легкое раздражение.

– Я хочу, чтобы вы все устроили так, чтобы я могла выйти замуж.

Мейсон с минуту задумчиво смотрел на Фрэн Челейн оценивающим взглядом, не произнося ни слова.